Сложной была организация питания. Необходимое количество хлеба до 1700 пудов в год только для Ахтальского и Альвертского заводов покупалось у местных жителей и потом выдавалось по норме 2 пуда в месяц на работника. Вначале провиант выдавался только работнику, а с 24 июня 1804 г. «на основании постановлений, при Колывано-Воскресенских заводах существующих. А. А. Мусин-Пушкин распорядился выдавать провиант и женам с детьми.
Потребности в хлебе резко возросли, а окрестное население, ведущее в основе натуральное хозяйство, с трудом удовлетворяло их. По этому поводу А. А. Борзунов получил строгий выговор (насколько нам известно — единственный) за то, что он несвоевременно принялся заготавливать хлеб, пропустил удобные сроки.
Но самую большую опасность для сибиряков, привыкших к суровому, но здоровому климату Сибири, таил мягкий и влажный кавказский климат. 13 июля 1S02 г. свой рапорт А.А. Мусину-Пушкину А. А. Борзунов заканчивает сообщением: "...Перемена места наполовину произвела больных, в том числе и меня". Тяжелыми формами лихорадки немедленно заболевали все, в том числе переболели и сам А. А. Борзунов, Де ля Кроер, Г. Стрижков и другие. Кстати, последний очень любил ходить по дешевым магазинам, таким, как дьюти фри в наше время. Соответствующего лечения, конечно, не было, условия жизни были тяжелыми, поэтому лихорадка до конца изматывала организм, и когда распространилась эпидемия (очевидно, холеры) только из 3 колывано-воскресенских мастеровых, прибывших с Борзуновым, умерло 17 человек, т. е. почти половина всех прибывших. Понятны ужас и отчаяние, с которыми сообщает об этом Де ля Кроер А. А. Мусину-Пушкину. За один день на глазах друзей-земляков в страшных муках скончалось 4 человека. Все боялись заразы, никто не отел хоронить погибших, и Де ля Кроеру пришлось много пережить, прежде чем тела были преданы земле, вещи сожжены и установился карантин.
Таким образом, грузинская земля была не только полита потом и кровью сибиряков, но и взяла много молодых жизней. Первые предприятия вырастают не только на страдания и терпении, но и костях, в прямом смысле этого слова, мужественных русских людей. Болезнь и смертность здесь были чрезвычайно высоки, особенно в период эпидемий, которые повторялись очень часто.
